С точки зрения

«Южный поток» становится действительно общеевропейским, большим энергетическим проектом. Мы подписали сегодня завершающее соглашение со всеми необходимыми для нас европейскими партнерами по осуществлению этого проекта».

«С российской стороны не было и не будет - я обращаю ваше внимание именно на это - не будет никаких сбоев в поставках. Все сбои в поставках связаны с проблемами транзитных стран. Но я очень рассчитываю на то, что наш главный транзитер, наши украинские друзья и партнеры будут полностью выполнять все свои контрактные обязательства в соответствии с соглашением, подписанным в январе текущего года. Есть контракт на поставку газа в Украину. Есть контракт, причем многолетний, десятилетний контракт, на транзит нашего газа в Европу. Нужно все эти контрактные обязательства соблюдать. Если транзитные страны будут их соблюдать, то с нашей стороны не будет никаких проблем».

«Углублению нашего энергетического взаимодействия в полной мере отвечает и идея продления нефтепровода «Дружба». Мы сегодня также об этом подробно говорили. Имею в виду отрезок от Братиславы до НПЗ в Швехате под Веной. Этот проект намерены совместно реализовать наши австрийские и словацкие партнеры. Это потребует, конечно, определенных усилий и с нашей стороны, здесь требуются дополнительные проработки. Мы готовы к этой совместной работе».

«В принципах построения сегодняшней экономики ничего не изменилось. Конкурентоспособность выходит на первое место. Если энергетическое сотрудничество, «Северный поток» обеспечивает конкурентоспособность экономики Германии и России, если мы будем давать относительно дешевый по рынку газ, - потому что трубный газ всегда дешевле чем сжиженный, - то это создаст устойчивую ситуацию конкурентоспособности экономики Германии. Кто же откажется от этого? Никто никогда не откажется. И правильно. Надеюсь, что этого не произойдет. Сегодня в условиях объединенной Европы мы должны набраться терпения и добиваться соответствующих разрешений у стран, через эксклюзивную экономическую зону которых пройдет трубопроводная система. Мы должны убедить их в целесообразности осуществления этого проекта. Надеюсь, нам удастся это сделать».

«Будет построен «Северный поток» или нет - я думаю, что будет, я даже уверен в этом - но это же мелочь. Конечно, это важно, но с точки зрения перспектив межгосударственных отношений это маленький элемент. Ведь когда-то в 1960-е годы мы начали строить нашу газовую систему именно в расчете на потребителей в ФРГ. И тогда некоторые страны оказывали очень мощное давление на ФРГ с тем, чтобы она отказалась от этих планов. Но даже в условиях «холодной войны» и начала строительства Берлинской стены немецкое правительство осознало свои национальные интересы, не поддалось давлению и довело этот проект до конца. Неужели сегодня мы будем поддаваться какому-то давлению, имея в виду явную заинтересованность германской и российской экономики в этом сотрудничестве? В современном мире многие вещи будут решаться по-другому. На первое место выходят все-таки интересы, а возможность оказывать силовое, политическое, экономическое, дипломатическое либо какое-то другое давление не имеет перспектив. Собственно, как и всегда».

««Южный поток» - это расширение возможностей поставок российских углеводородов европейским потребителям. Речь идет о дополнительных объемах при участии итальянских партнеров. Сегодня между «ЭНИ» и «Газпромом» достигнута договоренность об увеличении объемов прокачки с 31 до 63 млрд кубических метров в год».

«Я знаю, что и господин Шредер, и исполнительная дирекция «Северного потока» очень активно работают по продвижению этого проекта. Проект становится все более международным и общеевропейским. Мы хорошо знаем и не раз об этом говорили. Дефицит энергоносителей в Европе будет нарастать. Поэтому мы должны спокойно объяснять свою позицию и работать над осуществлением этого важного европейского проекта».

«Мне кажется, что документ, о котором мы сейчас говорим, [декларация между Украиной и Евросоюзом] является, как минимум, непродуманным и непрофессиональным, потому что обсуждать вопросы подобного рода без основного поставщика - просто несерьезно. В этом же документе мы можем прочитать, что главным залогом успеха инвестиций может быть только объем прокачки газа. Это естественно, потому что это способ погашения кредита - деньги за транзит. Но кто с нами посоветовался, сможем ли мы в будущем транспортировать такие объемы или не сможем? Будем мы делать это или нет?»

«Хочу подчеркнуть основную мысль: решать проблемы увеличения поставок, по сути, нашего газа без нас бессмысленно. Мне бы очень хотелось, чтобы этот сигнал был услышан. Мы готовы к совместной конструктивной работе со всеми нашими партнерами, так, как мы это неоднократно заявляли, и в рамках тех принципов, которые мы сформулировали и на основе которых работаем в последнее время».

«Мы предоставили немалые кредиты другим нашим партнерам по СНГ, получили заявку на обсуждение этого вопроса с Украиной и поставили этот вопрос перед нашими европейскими партнерами. Как я уже сказал, ответ был такой: для Украины денег сегодня нет. Но, тем не менее, мы продолжаем диалог и с украинскими партнерами, и с европейскими, будем продолжать эту тему».